Среди всех хоккеистов «Сибири» фамилия Андрея Тарасенко, безусловно, стоит особняком. За семь лет, проведенных в составе нашей команды, этот человек запомнился своей яркой игрой. Накануне матча мы побеседовали с одним из лучших форвардов в истории ярославского хоккея.

— Андрей, от ваших точных бросков в этом сезоне пострадала уже не одна команда Суперлиги. На очереди — «Локомотив»?

— Вот, значит, как ставится вопрос... (Улыбается). Действительно, пока игра получается. Спасибо партнерам, а уж я стараюсь, как могу. Нападающий на то и нападающий, чтобы угрожать чужим воротам. Время и место особого значения не имеют: приехали в гости к чемпиону — значит, буду стремиться забить «Локомотиву». Другое дело, что игра есть игра, и как сложится матч, заранее предсказать сложно.

— Зато можно прикинуть шансы. Наставники многих команд, не входящих в лидирующую группу, признавались, что далеко не все их подопечные психологически готовы противостоять «Локомотиву» в Ярославле. «Пободаться» — уже, мол, хорошо...

— Знаете, это совершенно точно не про «Сибирь». Если заранее настраиваешься на проигрыш — зачем тогда вообще приезжать сюда? Можно остаться дома, получить «баранку» за неявку, сэкономив при этом время, силы, эмоции. Для нас важно хорошо сыграть именно против сильнейшей команды России: в конце концов, это престижно. Что касается меня лично, то за семь сезонов, проведенных в Ярославле, я всегда старался выкладываться по максимуму, потому что знал: люди, пришедшие на хоккей, хотят увидеть зрелище, настоящую борьбу. А интересной игра может получиться лишь в том случае, когда оба соперника верят в успех. Выходить на лед и сражаться до финальной сирены, при любом счете — в этом суть хоккея. Разве не так?

— Прошло шесть лет с того момента, как вы покинули ярославскую команду. Какие эмоции, воспоминания вызвал нынешний приезд сюда?

— Я всегда с удовольствием бываю в Ярославле. С тех пор, как ушел из «Торпедо», лишь по ходу прошлого сезона не удалось сюда выбраться: «Сибирь» играла в высшей лиге. Правда, нынешний визит — особенный: предстоит играть на льду знаменитой «Арены-2000», которую раньше я наблюдал только на телеэкране.

Это то, что касается хоккея. Но за годы, проведенные в Ярославле, у меня появилось много друзей и знакомых. К сожалению, не хватает времени, чтобы увидеть всех — а так хочется перекинуться хотя бы парой фраз, узнать, как живут люди, которые помогали мне, и которым, хочется верить, что-то хорошее сделал я. По-моему, главный смысл нашей жизни — именно в общении.

— С вами наверняка полностью согласится бывший партнер по тройке нападения, который и поныне трудится в ярославском клубе. Правда, уже в качестве не игрока, а тренера...

(Широко улыбается — авт.). Догадываюсь, кого вы имеете в виду... С Алексеем Трасеухом в этот раз еще не виделись, но обязательно встретимся. Есть что вспомнить, о чем побеседовать. Жаль, никак не удается выкроить время для этого: оба довольно занятые люди. Пять минут общения на ходу — согласитесь, маловато для старых друзей. Что поделать: работа у нас такая.

А как играли вместе — разве ж забудешь? Тем более, что получалось, по-моему, неплохо, и болельщикам радость доставляли. На противоположном краю выступал Егор Башкатов, и, скажу честно: для меня каждый выход на лед с этими ребятами был как праздник.

— Андрей, вопрос, который я задам сейчас, вы, наверное, слышали сотни раз: стоило ли уезжать из Ярославля, где вы были не просто популярны, а любимы болельщиками? Сужу по своим знакомым: многие из них признавались, что идут на матч, чтобы в очередной раз понаблюдать за игрой Тарасенко...

— Что и говорить, приятно слышать подобные вещи. Но время не стоит на месте. Кумиры меняются, на место одних игроков приходят другие. Что касается причин моего решения покинуть «Торпедо», то их было несколько. Главная, пожалуй, состояла в том, что я в какой-то момент почувствовал: чтобы расти как профессионалу, мне необходимо сменить обстановку. Новые впечатления, новая мотивация...

Поймите правильно: моей целью было не уехать из Ярославля куда угодно, а попытаться найти себя в команде уровня не ниже, чем тогдашнее «Торпедо». Предложений было достаточно, но многие я даже не рассматривал, потому что именно в Ярославле почувствовал вкус к хорошему хоккею. Но когда возник вариант с «Ладой», я понял: это шанс. Команда — чемпион России, сильнейшая в Европе. По натуре я человек домашний, с трудом срываюсь с насиженного места. Но тут — решился.

— Сейчас, когда оглядываешься на то время, нет сожаления? На следующий сезон после вашего ухода «Торпедо» завоевало «золото», победив в финале «Ладу»...

— Чувства досады нет. Раз торпедовцы выиграли у нас три матча из трех — значит, оказались сильнее. У каждого из нас своя судьба. Я мечтал выиграть медаль чемпионата страны, и я ее выиграл. Пусть не золотую — но, честное слово, это «серебро» для меня не менее дорого, чем для иного игрока — «золото». И завидовать никому я не собираюсь — а вот порадоваться успеху ребят, с которыми съел не один пуд соли на тренировках, будучи игроком «Торпедо» — это другое дело. По окончании решающего матча в Тольятти я зашел в торпедовскую раздевалку и от чистого сердца поздравил моих бывших одноклубников с победой. Всех: и игроков, и руководство. Это был душевный порыв — и кому потом пришло в голову судачить о том, что, мол, Тарасенко приходил проситься обратно — не знаю. На льду мы стали соперниками, но человеческие отношения между нами как были, так и остались.

— Для множества поклонников хоккея в Ярославле вы по-прежнему свой человек. Что хотели бы сказать этим людям?

— Во-первых, поблагодарить их за поддержку, которую я ощущал постоянно. Хоккей в Ярославле умели ценить всегда, и команду свою любили и любят. Это по-настоящему здоров. Со своей стороны могу честно сказать: я был верен команде и на льду отдавал все силы ради общего успеха.

Знаю, что некоторые болельщики так и не простили мне уход в «Ладу». Наверное, это их право. Просто хотелось бы, чтобы и они поняли: жизнь есть жизнь. Я поменял место работы — но частичку души навсегда оставил в Ярославле.

А еще хочу поздравить ярославцев с приобретением такого замечательного спортивного сооружения, как «Арена-2000». Теперь у вас все на европейском уровне: и команда, и клуб, и Дворец.

— Вы поиграли на чемпионате мира, стали обладателем Кубка Европы среди клубных команд. После таких успехов борьба за выживание в Суперлиге может показаться рутиной...

— Нет, нет. Разумеется, большие победы со стороны выглядят ярче, чем каждодневный труд. Но для «Сибири», вернувшей себе место среди сильнейших, каждый выигрыш в Суперлиге — это путь наверх, к самоутверждению. У нас прекрасные болельщики, которые никогда не бросят свою команду, как бы тяжело ей ни было. И каждый раз, выходя на площадку, мы помним о своих родственниках, друзьях, обо всех новосибирских любителях хоккея. Мы не имеем права подвести людей, которые в нас верят.

Да, сейчас мы буквально зубами цепляемся за каждый матч. Да, бороться за выживание крайне сложно: и физически, и, прежде всего, писхологически. Но это наша работа. Рутина — это когда не получаешь удовольствия от сделанного. А мы любим хоккей и уважаем своих болельщиков.